Депрессивные эпизоды при биполярном расстройстве являются основополагающими для клинического бремени заболевания. Именно в периоды депрессии в наибольшей степени страдают повседневное функционирование, социальная адаптация, учебная и профессиональная активность, а также возрастает суицидальный риск. Особую сложность представляют случаи раннего дебюта заболевания, атипичной депрессивной симптоматики, смешанных состояний, аффективных переключений, связанных с лечением и неполного ответа на стандартные нормотимические и антипсихотические стратегии терапии. В подобных ситуациях речь идет не просто о лечении очередного депрессивного эпизода, а о необходимости преодоления клинической резистентности в условиях высокой аффективной нестабильности и ограниченного терапевтического пространства.

Дополнительный интерес к карипразину связан с его рецепторным профилем. Как частичный агонист D2/D3-рецепторов с предпочтительным аффинитетом именно к D3-рецепторам, он теоретически может быть особенно полезен в тех клинических ситуациях, где депрессивная симптоматика включает ангедонию, анергию, снижение мотивации и выраженные нарушения активности. Для реальной клинической практики важна и переносимость: у пациентов с биполярной депрессией выбор терапии нередко ограничивается либо недостаточной эффективностью, либо побочными эффектами, прежде всего акатизией, выраженной седацией, метаболическими изменениями и ухудшением приверженности к терапии. В связи с этим клинические наблюдения, в которых удается проследить место карипразина в структуре комбинированного лечения резистентной биполярной депрессии, представляют практический интерес.

Пациентка, 21 год, находилась на стационарном лечении с 16 января по 16 марта 2026 года в отделении биопсихосоциальной реабилитации психически больных. При поступлении был верифицирован диагноз биполярного расстройства, текущего тяжелого депрессивного эпизода без психотических симптомов, с тревожно-депрессивным и деперсонализационно-дереализационным синдромами; сопуствующим расстройством была нервная булимия. В дальнейшем с учетом выраженной внутрисуточной аффективной лабильности и смешанности симптоматики, диагноз был пересмотрен на текущий эпизод смешанного характера.

Психопатологический анамнез отягощен с раннего подросткового возраста.

Первые заметные изменения состояния пациентка относит к 12 годам: уже тогда наблюдались аффективные колебания продолжительностью по несколько недель – от субдепрессивной симптоматики до состояний с несколько повышенным фоном настроения и активности. В тот же период на фоне школьного буллинга сформировалось расстройство пищевого поведения по ограничительному типу: пациентка могла не есть по два дня, при этом эпизодически возникали переедания. Таким образом, уже на ранних этапах клинической картины обращает на себя внимание сочетание аффективной нестабильности, нарушений пищевого поведения и высокой зависимости состояния от стрессовых межличностных факторов.

Первый отчетливый депрессивный эпизод развился в 15 лет и имел атипичную структуру. В его клинической картине отмечались гиперсомния, гиперфагия, ощущение «свинцовой тяжести» в конечностях, реактивность настроения и суточная динамика с улучшением состояния в вечернее время. Эпизод продолжался около месяца и завершился относительно резко. Уже это раннее депрессивное состояние указывало на более тяжелый атипичный полюс течения. В 17 лет на фоне выраженной тревоги перед экзаменами вновь произошло ухудшение: пациентка перестала спать, совершила суицидальную попытку, после чего впервые обратилась к психиатру. Назначение гидроксизина и алимемазина существенного эффекта не дало.

После относительно успешной сдачи экзаменов возникло первое отчетливое гипоманиакальное состояние продолжительностью около 1,5-2 месяцев. Оно сопровождалось ускорением мышления, ростом энергии, уменьшением потребности во сне, большими финансовыми тратами, усилением активности, снижением массы тела до 47 кг, ограничением приема пищи, употреблением алкоголя и марихуаны, а также импульсивными решениями, связанными с обучением и профессиональными планами.

В дальнейшем заболевание приобрело отчетливо континуальное течение. После поступления в институт, вновь развился депрессивный эпизод атипичной структуры, который завершился спонтанно приблизительно через месяц, а затем сменился очередной гипоманией.

В 18 лет возник новый депрессивный эпизод, уже с более тяжелой клинической картиной: тотальная ангедония, выраженная астения, невозможность выполнять повседневную активность, постоянное пребывание в постели и интенсивные суицидальные мысли с продуманными сценариями самоповреждения. С 18 до 20 лет пациентка переносила многократные аффективные колебания обоих полюсов. На этом этапе проводилась терапия ламотриджином 250 мг/сут, литием карбонатом 1200 мг/сут и оланзапином 10 мг/сут, с частичным, но нестойким положительным эффектом. А также большим количеством метаболических нежелательных явлений, ввиду чего, приверженность терапии была низкой.

Особое значение в анамнезе имеют неблагоприятные реакции на последующие терапевтические вмешательства. При очередном депрессивном ухудшении после консультации была инициирована терапия